НЬЮ-ЙОРК, 15 сен - РИА Новости, Лариса Саенко. Первый год "Великой рецессии" развеял иллюзии финансового либерализма, который воплощали США, дав толчок смещению полюсов влияния с Запада на Восток.
Крах вверг все американское общество в социальный шок, поставив под сомнение систему, когда все - от рядового заемщика до государства наращивают долги, не заботясь об отдаленных последствиях.
"Кризис разметал финансовый, рыночный романтизм, когда любое вмешательство и регулирование государства воспринималось как вредное явление для рынков. Крах Lehman обнажил аномальную ситуацию, когда средства, аккумулированные хедж-фондами, многократно превосходили стоимость реальной экономики", - сказал РИА Новости президент Международной академии развивающихся рынков, профессор Школы бизнеса Лассальского университета (Пенсильвания, США) Владимир Квинт.
Жизнь взаймы
Глобальный финансовый кризис начался 15 сентября 2008 года крахом одного из системообразующих банков США Lehman Brothers, вызвав панику на фондовых биржах США и всего мира.
Акции пяти тысяч американских компаний в один день рухнули почти на 4,5%, что сопоставимо только с реакцией Уолл-стрит на трагедию 11 сентября 2001 года, когда в результате прямой террористической атаки на финансовый центр погибли около трех тысяч человек.
"Нынешний финансовый кризис был спровоцирован неконтролируемым потоком деривативов, которые в сотни раз превосходили активы реальных рынков",- считает Квинт.
Объем фондового рынка США за год уменьшился на 2,3 триллиона долларов, несмотря на то, что последние полгода все ключевые индексы идут вверх.
Лопнувший прошлым летом "пузырь" на жилищном рынке "взорвал" банковскую систему, щедро кредитовавшую потребление. Сумма ипотечных кредитов с обеспечением в некоторых банках многократно превосходила размер активов.
"Кризис преподал отрезвляющий урок по поводу опасности политики, которая подталкивает экономический рост через резкое раздувание долгов по всей стране. Избыточная прибыль в экономике (за счет финансовых инструментов) должна быть предотвращена", - считает Бен Стайл, директор программ по международной экономике аналитического центра "Совет по международным отношениям".
Хотя объяснение причин кризиса только жадностью банкиров и отсутствием контроля он считает наивным.
Объем внутреннего долга США составляет 87% ВВП, хотя во многих развитых странах, как Япония или Италия, долги уже превысили стоимость реальной экономики.
Запад оказался в эпицентре кризиса
Кризис разразился на Уолл-стрит, но очень быстро распространился на все рынки мира, поразив в первую очередь финансовую систему Европы.
Массовая безработица, которая в Америке подбирается к 10-процентной отметке, кризис покупательской активности - все это стало реалиями жизни после обвала Уолл-стрит.
В то время как США и большинство европейских стран столкнулись с падением ВВП, в Индии и Китае производство по-прежнему шло в рост, хотя и несколько замедленными темпами.
"Это в первую очередь объясняется тем, что финансовые рынки старой Европы оказались гораздо более втянутыми в систему наращивания финансовых инструментов, распространившихся с середины 80-х годов в отсутствие финансового регулирования", - считает Квинт.
Китай демонстрирует 8-процентный рост ВВП, Индия смогла выдержать удар кризиса и не отступить ниже 5% роста благодаря своему технологическому сектору и аутсорсингу, полагают аналитики.
"Великая рецессия" подкосила безграничное могущество США, начав процесс перераспределения мировых центров влияния с запада на восток, считают многие эксперты США.
"Главный геополитический итог Великой Рецессии состоит в том, что она стала жестким испытанием для экономического и финансового могущество США. Оставаясь самым главным мировым рынком, страна получила в долгосрочной перспективе жесточайшие фискальные и экономические вызовы, которые не имеют простых решений. Начав век сверхдержавой и все еще оставаясь ею, США придется начинать учиться тому, как делить власть с другими нациями", - сказал РИА Новости директор по исследованиям "Института будущего" Энтони Таунсенд.
Известный американский экономист Стивен Данауэй, который ранее представлял современную картину мировой экономики как G1, имея в виду ключевое положение США, на днях признался, что в его новой работе этот термин уже не будет доминирующим.
